Романсеро





И вот Анзари в назначенный срок
Собственноручно поднял флажок

На них,нагрузи драгоценностей гору,
Усладу сердцу, отраду взору, --

Заморских диковин, лазурь" изумруды,
Резные эбеновые сосуды,

Фаянс, оправленный кругом
Тяжелым золотом и серебром,

Слоновую кость, кувшины и кубки,

Тйгровы шкуры, трости, трубки,

Ковры и шали, парчовые ткани,
Изготовляемые в Иране.

Не позабудь вложить в тюки
Оружье, брони и чепраки

Да самой лучшей снеди в избытке,
Всех видов яства и напитки,

Конфеты, миндальные торты, варенья,
Разные пироги, соленья..

Прибавь двенадцать арабских коней,
Что стрел оперенных и ветра быстрей,

Двенадцать невольников чернотелых,
Крепких, как бронза, в работе умелых.

Анзари, сей драгоценный груз
Тобой доставлен будет в Туе

И весь, включая мой поклон,
Великому Фирдуси вручен".

Анзари исполнил повеленья,
Навьючил верблюдов без промедленья, --

Была несметных подарков цена
Доходу с провинции крупной равна.

И вот Анзари в назначенный срок
Собственноручно поднял флажок

И знойною -степью вглубь Ирана
Двинулся во главе каравана.

Шли восемь дней и с девятой зарей
Туе увидали вдали под горой.

Шумно и весело, под барабан,
С запада в город вошел караван.

Грянули враз: "Ля-иль-ля иль алла!"
Это ль не песня триумфа была!

Трубы ревели, рога завывали,
Верблюды, погонщики -- все ликовали.

А в тот же час из восточных ворот
Шел с погребальным плачем народ.

К тихим могилам, белевшим вдали,
Прах Фирдуси по дороге несли.




НОЧНАЯ ПОЕЗДКА

Вздымалась волна. Полумесяц из туч
Мерцал так робко нам.
Когда садились мы в челнок,
Нас трое было там.

Докучливо весла плескались в воде,
Скрипели по бортам,
И с шумом волна белопенная нас
Троих заливала там.

Она, бледна, стройна, в челне
Стояла, предавшись мечтам.
Дианою мраморною тогда
Она казалась нам.

А месяц и вовсе исчез. Свистел
Ветер, хлеща по глазам.
Над нами раздался пронзительный крик
И взмыл высока к небесам.

То призрачно-белая чайка была;
Тот вопль ужасный нам
Сулил беду. И всем троим
Так жутко стало там.

Быть может, я болен и это - бред?
Понять не могу я сам.
Быть может, я сплю? Но где же конец
Чудовищным этим снам?

Чудовищный бред! Пригрезилось мне,
Что я -- Спаситель сам,
Что я безропотно крест влачу
По каменистым стезям.

Ты, бедная, угнетена, Красота,
Тебе я спасение дам --
От боли, позора, пороков, нужды,
Всесветных зловонных ям.


Страницы: (114) :  <<  ... 9101112131415161718192021222324 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Тем временем:

... Мы не хотим ссориться с вами, мистер
Тафт, мы только хотим, чтобы вы не возводили на нас поклеп, рассказывая
всем, что это ваши устрицы и что мы воры и грабители, если у вас нет на то
доказательств.
- Голову даю на отсечение, что это мои устрицы, - прохрипел мистер
Тафт.
- Докажите, - потребовал Верзила, которого, как мы потом узнали, за
то, что он великолепно плавал, окрестили "Дельфином".
Мистер Тафт беспомощно пожал плечами. Конечно, он не мог доказать,
как бы ни был в этом уверен, что устрицы принадлежат ему.
- Я бы не пожалел и тысячи долларов, чтобы засадить вас за решетку! -
крикнул он. - Я бы дал по пятьдесят долларов с головы тому, кто поймал бы
вас и уличил всех до единого!
Взрыв хохота прокатился по лодкам; другие пираты прислушивались к
разговору.
- От устриц больше дохода, - отрезал Дельфин.
Разгневанный мистер Тафт повернулся и ушел. Краешком глаза Чарли
проследил, куда он идет. Через несколько минут, когда мистер Тафт свернул
за угол, Чарли лениво поднялся, я за ним, и мы побрели в противоположную
сторону.
- Бегом! Живо! - прошептал Чарли, едва мы скрылись из вида устричной
флотилии.
Мы мгновенно изменили курс и, прячась за углами, кружили по боковым
улицам до тех пор, пока впереди не замаячила внушительная фигура мистера
Тафта.
- Я хочу потолковать с ним насчет награды, - объяснил мне Чарли,
когда мы догоняли владельца устричных отмелей. - Нейл пробудет тут еще
целую неделю, и почему бы нам за это время не подзаработать немного? Что
ты на это скажешь?
- Разумеется, разумеется, - подтвердил мистер Тафт, после того как
Чарли представился и сообщил о нашем намерении. - Эти воры ежегодно
обкрадывают меня на тысячи долларов, и, чтобы разделаться с ними, я не
пожалею денег, да, сэр, не пожалею. Как я уже говорил, я дам по пятьдесят
долларов с головы и считаю, что это дешево...