Флорентийские ночи



Таинственный трепет отталкивал меня от нее, а
отроческое вожделение вновь влекло к ней, сердце у меня колотилось, словно я
замыслил смертоубийство, но в конце концов я поцеловал прекрасную богиню с
такой страстью, с таким благоговением, с такой безнадежностью, как больше
никогда не целовал в этой жизни. Но и никогда не мог я забыть то страшное и
сладостное чувство, которое затопило мое сердце, когда упоительный холод
мраморных уст прикоснулся к моим губам.
И понимаете, Мария, когда я только что стоял перед вами и смотрел, как
вы лежите, в белом муслиновом платье на зеленой софе, облик ваш напомнил мне
белое мраморное изваяние в зеленой граве. Если бы вы проспали дольше, мои
губы не могли бы противостоять соблазну...
-- Макс, Макс! -- вырвалось у нее из глубины души.-- Какой ужас! Вы
ведь знаете, что одни исцелуй ваших губ...
-- О, замолчите! Я знаю, это было бы для вас ужасно! Не смотрите на
меня с такой мольбой. Я не заблуждаюсь насчет ваших чувств, хотя конечные их
причины мне неясны. Я ни разу не посмел прижаться губами к вашим устам...
Но Мария не дала ему договорить. Она схватила его руку, осыпала се
пламенными поцелуями, а затем попросила с улыбкой:
-- Пожалуйста, ну, пожалуйста, расскажите мне еще о своих любовных
делах. Долго ли вы любили мраморную красавицу, которую поцеловали в саду
вашей матери?
-- Мы уехали на следующий день, и я ни разу не видел больше прелестного
изваяния,-- ответил Максимилиан.-- Но сердце мое было полно им целых четыре
года. Необычайное влечение к мраморным статуям возникло с тех пор в моей
душе, и не далее как нынче утром я ощутил его властную силу. Я возвращался
из Лауренцианы, из библиотеки Медичи, и не помню, как очутился в капелле,
где этот великолепнейший род Италии построил себе усыпальницу из драгоценных
каменьев и мирно покоится в ней. Целый час простоял я, погруженный в
созерцание мраморной женской фигуры, мощное телосложение которой
свидетельствует о том, что сотворена она дерзновенным и могучим гением
Ми-келанджсло, меж тем как весь образ овеян такой неземной нежностью, какой
обычно не встретишь у этого великого ваятеля. В изваянии этом заключен целый
мир грез со всем его затаенным блаженством, ласковый покой осеняет
прекрасное тело, умиротворяющий свет луны словно разливается по его жилам...
Это "Ночь" -творение Микеланджсло Буонарроти. О, как бы хотелось уснуть
вечным сном в объятиях этой ночи...
-- Живописные изображения женщин всегда менее волновали меня, нежели
изваянные, -- помолчав, продолжал Максимилиан. -- Лишь однажды был я влюблен
в картину. В одной из церквей Кельна на Рейне я увидел мадонну чарующей
красоты. Я стал ревностным прихожанином, всецело погрузившись в мистический
дух католицизма.


Страницы: (38) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Тем временем:

... Он сидел или, лучше
сказать, полулежал на медвежьей шкуре, небрежно опираясь рукою на руль, а
рулевой, который по прихоти своего начальника остался без дела, сидел на
носу. Само собой разумеется, как только шлюпку заметили в толпе, взоры всех
любопытных, бродивших по берегу, устремились на нее в надежде, что
теперь-то наконец откроется тайна удивительного фрегата.
Двинутая вперед последним усилием дюжих гребцов, шлюпка врезалась в
песок в восьми или девяти футах от берега, так как мелководье не позволило
ей подойти ближе. Два матроса тотчас встали, положили весла и прыгнули в
воду, доходившую здесь до колена. Молодой офицер медленно поднялся, подошел
к носу, матросы подхватили его на руки и бережно понесли к берегу, чтобы ни
одна капля соленой воды не запятнала красивого мундира моряка-щеголя. Сойдя
на берег, он приказал шлюпке обогнуть мыс, выдававшийся здесь еще на триста
или четыреста шагов, и ждать себя по ту сторону батареи. Затем остановился
на минуту, поправил прическу, немного растрепавшуюся, после чего, напевая
французскую песенку, пошел прямо к воротам крепости и скрылся за ними,
слегка кивнув часовому, который отдал ему честь.
Кажется, в портовом городе отнюдь не диковинка, что морской офицер
сошел с корабля на берег и пошел в крепость; между тем во всей толпе,
собравшейся на молу, не было, кажется, ни одного человека, который бы не
подумал, что это происшествие имеет какую-то связь с таинственным фрегатом.
Поэтому, когда лейтенант сошел на берег, у ворот собрался такой тесный круг
зрителей, что молодой человек, очевидно, подумал: уж не очистить ли себе
путь хлыстиком, однако, махнув им раза два или три так, что хлыстик
взвизгнул, он внезапно остановился. Заметив графа Эммануила, блестящий
мундир и благородные манеры которого выделялись на фоне бедной одежды
простых бретонцев, он пошел к нему навстречу в ту самую минуту, как тот
сделал несколько шагов, чтобы приблизиться к лейтенанту...