Флорентийские ночи



.. Я не в силах был вырваться, я
влюбился в крошку Вери, хоть она и умерла за семь лег до того. Так-прожил я
полгода в Потсдаме, всецело предавшись этой любви. Тщательнее прежнего
избегал я соприкосновения с внешним миром, и если кому-то случалось, идя по
улице, задеть меня, мне становилось очень не по себе, и испытывал
мучительный страх, какой, должно быть, ощущают духи мертвых, скитаясь по
ночам; говорят, при встрече с живым человеком они пугаются больше, чем
пугается живой при встрече с призраком. Случайно через Потсдам в ту пору
проезжал путешественник, которого я не мог избежать, а именно мой родной
брат. Глядя на него и слушая его рассказы о последних событиях, я очнулся,
как от глубокого сна, и, содрогаясь, разом осознал, в каком жутком
одиночестве прожил весь этот долгий срок. Я был в таком состоянии, что даже
не заметил, как сменилось время года, и с удивлением смотрел на деревья,
которые давно потеряли листву и теперь стояли одетые осенней изморозью.
Вскоре я покинул и Потсдам и крошку Бери; в другом городе, где меня
ждали важные дела, крайне сложные обстоятельства и отношения не за-медлили,
измучив меня, вернуть к жестокой действительности.
-- Господи боже! -- продолжал Максимилиан, и верхняя губа его дрогнула
страдальческой улыбкой. - Господи боже! А как же мучили меня живые женщины,
с которыми я неизбежно тогда сталкивался и сближался, как-вкрадчиво мучили
своими мелочными обидами и ревнивыми выпадами, своей игрой на моих нервах.
На скольких балах приходилось мне терять с ними время, сколько распутывать
бесконечных сплетен! Что за неуемное тщеславие, что за страсть ко лжи,
предательство в поцелуе, какие ядовитые цветы! Милые дамы умудрились
отравить мне всякую радость любви, и я на какой-то срок стал
женоненавистником, проклинающим все их племя. Я почти уподобился тому
французскому офицеру, который в русскую кампанию едва выбрался из льдов
Березины, но с тех пор так возненавидел все замороженное, что с отвращением
отказывался даже от самых сладких аппетитных мороженых, изделия Тортони.
Из-за моего тогдашнего перехода через Березину любви мне опротивели самые
очаровательные дамы, ангелоподобные женщины, барышни, сходные с ванильным
шербетом.
-- Прошу вас, не хулите женщин,- воскликнула Мария. -- Не повторяйте
избитых мужских речей. В конце концов вам для счастья все же нужны женщины.
-- Увы,-- вздохнул Максимилиан,-- это, конечно, верно. У женщин один
лишь способ сделать нас счастливыми, зато тридцать тысяч способов сделать
нас несчастными.
-- Милый друг, -- возразила Мария, пряча легкую усмешку, -- я говорю о
согласии двух созвучных душ. Неужто вы ни разу не испытали этого счастья?
Нет, я вижу непривычную краску на ваших щеках... Ну, скажите, Макс?
-- Это верно, Мария, я, будто мальчик, стесняюсь признаться вам в
счастливой любви, которая принесла мне некогда неземное блаженство.


Страницы: (38) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Тем временем:

...
Поверьте мне, я загрущу
Тогда, обманутый мечтами
О сладостном союзе с вами,
Я небо плачем возмущу
И землю орошу слезами.
Покину только я Мадрид,
Как уж дон Педро, без сомненья,
Свой замысел осуществит,
И с отчего благословенья
Вас Гименей соединит...
И так же, как мертвец, сеньора,
Не сможет защитить себя
От оскорбителя и вора,
Не защищу себя и я,
Коль с вами разлучусь я скоро.

Донья Анна

Я, может, с виду холодна,
Но ваш отъезд тому виною.
Дон Фелис, я потрясена!
Ведь вы, я все теперь открою,
Меня увозите с собою.
Огонь всех чувств моих потух,
Во мне уже нет больше силы;
Все, все мое у вас, мой милый:
Глаза, дыханье, руки, слух...
Я дух теперь, бесплотный дух!
Желания любви моей,
Ее страданья и томленье
Разлука обострит сильней:
Чем дальше свет ваш, тем длинней
Падет на сердце тень сомненья.
Словами убеждать - искусство.....